Новости

6 Декабря 2019

Технологии – ничто, задачи - все

Технологии – ничто, задачи - все

Внимание проходящего форума «Глобальное технологическое лидерство» в Сочи сфокусировано на формировании технологической политики России на следующее десятилетие, оценке результатов научно-технологического развития, определении роли и лидерского потенциала России в мировой технологической повестке и формировании стратегии Национальной технологической инициативы (НТИ) на 2020—2025 гг.

Открывая дискуссию, президент ГК InfoWatch Наталья Касперская сразу же обнадежила, сказав, что многие технологии, которые сейчас находятся на вершине «хайпа» — не «взлетят». «Какие-то направления инвестиций будут совершенно провальными, обязательно будут жулики и хитрецы, которые „сядут“ на повестку и попытаются получить госфинансирование, — предрекла она. — Например, к таким можно отнести технологию блокчейн, которая два года назад была на слуху, и была включена во всевозможные программы. Сейчас она практически ушла из научной повестки, и стало понятно, что той широты возможностей, о которых говорилось два года назад — блокчейн не даст. Будет гораздо более узкое и конкретное применение». В связи с этим лучше сфокусироваться на задачах, а не на технологиях, добавляет она.

В то же время это вовсе не значит, что нужно прекратить инвестировать в технологии, продолжила Наталья Касперская. «Команда провалившегося стартапа приобретает опыт. А опыт — это самое ценное на этом пути, — поддержал Наталью Касперскую специальный представитель президента РФ по вопросам цифрового и технологического развития Дмитрий Песков. — Культуру неудач нужно поощрять». Остается не только команда, но и экосистема, добавляет глава InfoWatch. Под экосистемой она подразумевает не только технологии, но и людей, экспертизу, обучающие программы на будущее, развитие отрасли и экспорт. «Для выращивания технологических лидеров нужны „тренеры“. Нужно помогать спортсмену-инноватору вырасти, уметь выдержать поражение и научить побеждать», — считает главный экономист ГК Развития ВЭБ.РФ Андрей Клепач.

Генеральный директор АО «РВК» Александр Повалко, напротив, уверен в том, что предпринимателей, как и детей, не стоит окружать чрезмерной заботой. «Для того, чтобы сформировался иммунитет, ребенок должен переболеть определенным набором болезней. Он должен съесть килограмм грязи, облизать свою и дворовую собак… Ему нельзя жить в стерильных условиях, — категоричен Александр Повалко. — На глобальных рынках стартапы столкнутся с конкурентами, которые их просто „сожрут“. Поэтому у предпринимателя должна быть „взрослая“ позиция».

Для того, чтобы справиться с провалами, бизнесмен должен четко провести финансовые расчеты, правильно оценить рынок и не сделать ошибок при выборе бизнес-модели, рекомендует генеральный директор Фонда содействия инновациям Сергей Поляков.

Нация ученых, а не торговцев

Конкурировать с технологиями на стабильных рынках россиянам сложно, полагает Наталья Касперская. «У нас коммерческая жилка слабее, чем у американцев или арабов. Для России характерны не торговцы, а ученые. Простой пример приведу: если вижу сайт, оформленный в темных цветах и с надписями мелкими буквами, представляющий непонятный продукт, без сомнения, — это наш, — описывает ситуацию глава InfoWatch. — Даже проекты, которые приходят в „Сколково“ не могут объяснить, что они делают и зачем». Российские инноваторы, как правило, не продают узкие и конкретные вещи, а замахиваются на космические корабли, говорит она. А это значит, что нужно будет продавать их. В связи с этим важно, чтобы государство участвовало в процессе, и рекламировало Россию как ИТ-державу.

Однако такая проблема характерна не только для России. В Европе также существуют трудности с поиском денег на проекты, говорит стратегический советник комиссара ЕС по вопросам исследований, науки и инноваций и Европейского совета по инновациям Никлас Бергман. «Действительно, американцы хороши в продажах и рассказах о том, что они делают. Европейцам и россиянам нужно поучиться у них выходить на сцену, вставать под светом прожектора и не бояться себя предлагать», — отмечает он.

Бизнес или квартира

Отвечая на вопрос модератора о том, как не «спалить» государственные деньги, Александр Повалко отшутился: «Мы стараемся не думать о том, что деньги бюджетные». Говоря серьезно, глава РВК назвал стимулом к достижению прекрасного результата на выходе установку предпринимателей на строительство как можно большего числа элементов, не завязанных на госфинансирование.

Идеальным Александру Повалко представляется вариант, когда бизнесмен сам вложился в свой проект. Так, превосходной степенью вовлеченности предпринимателя в проект можно считать продажу собственной квартиры ради бизнеса. Андрей Клепач с ним не согласился: «Жертвовать благосостоянием своей семьи ради бизнеса — таких рисков не должно быть».

«Нельзя навязывать идею рисков в предпринимательстве всем, — горячо отреагировала на позицию Александра Повалко Наталья Касперская. — Если у человека есть аппетит к риску — он проявится, а если нет, то затаскивать его не надо». По ее мнению, в России уже достаточно предпринимателей, а вот с хорошими работниками, например, программистами — напряг. «Большинству нужно спокойно сидеть за компьютером и программировать, а не думать о том, чем завтра кормить семью», — считает она. Андрей Клепач поддерживает Наталью Касперскую и называет аксиомой утверждение, что предпринимательством может заниматься только 10–15% людей.

«Синдром зернышка Карлсона»

Для инноваций нужно создавать системы господдержки и экосистему, считает Андрей Клепач. «Мы каждые 3–6 лет выдвигаем наполеоновские планы. А нам, всего-то, нужно сделать для себя выводы, почему предыдущие планы мы не выполнили и не повторять прошлых ошибок», — говорит он.

Директор по стратегическому планированию и развитию «КомплексПром» Олег Фомичев фокусирует внимание собравшихся на том, что для России характерна проблема, которую можно охарактеризовать как «синдром зернышка Карлсона». «Карлсон посадил семечко и каждый день его выкапывал и смотрел, проросло оно или нет, — метфорично высказался он. — Наши инновационные инициативы примерно такие же. Что-то начинали, выделяли на это деньги в течение трех лет, поднимали команды, а в следующем бюджетном цикле по строчкам пошли нули». На немой вопрос Минфин отвечает скороговоркой: «Денег нет, непонятно, что вы там делаете, и ничего у вас не получится».

Председатель Фонда «Сколково» Аркадий Дворкович поспешил привести в пример ВПК, где президент РФ задал ориентир сразу на 10 лет, и всем заранее был известен объем финансирования. «Были реализованы крупные прорывные проекты с новыми технологиями. Абсолютно то же самое нужно сделать и в гражданской сфере и одновременно обозначить точно такой же горизонт планирования для частной инициативы», — сказал он.

Банкет за госденьги

Заместитель председателя ВЭБ.РФ Вячеслав Шуленин честно признался, что на сегодняшний день дать старт проектам возможно только при помощи государственного финансирования. «У нас нет традиции привлечения больших частных денег в венчурные инвестиции», — сказал он.

Директор Фонда развития интернет-инициатив Кирилл Варламов называет вполне логичным, что 70–80% экзитов стартапов заканчиваются поглощениями. «Такой процесс нужен для того, чтобы в России появлялись самодостаточные экосистемы. Возникает замкнутый цикл: существование стартапов сменяется их покупкой корпорациями, затем деньги возвращаются на рынок и рождаются новые стартапы», — описывает ситуацию он. Оставшимся успешным стартапам суждено стать глобальными игроками.

При этом важно понимать, что технологическая компания — это вовсе не компания, которая выращивает технологии, а компания, способная завоевывать рынки с помощью этих технологий, подчеркивает Кирилл Варламов. Вячеслав Шуленин аккуратно к этому добавляет, что, в первую очередь, нужно завоевать свой рынок. «В платформенной экономике либо ты — большой, либо ты — мертвый», — безапелляционен вице-губернатор Санкт-Петербурга Владимир Княгинин.

Финансирование — университетам?

На текущий момент в России насчитывается почти 26 тыс. исследователей, приводит цифры Владимир Княгинин. «Именно они производят то будущее, с которым мы связаны. Поэтому вкладываться нужно в университеты, т. е. в те точки, в которых производятся знания», — считает он. К примеру, у европейцев существует сформировавшаяся веками традиция инвестиций в науку со стороны государства.

В ответ на это Наталья Каперская отметила, что в российской ИТ-индустрии работает 170 тыс. человек. При появлении многих крупных технологических компаний университетов и близко не было. «Очень часто случается так, что те исследователи, которые гранты получают, делают задачу для сферического коня в вакууме, который потом там же и умирает. И многократно одна и та же задача подается на грант», — негодует руководитель InfoWatch.

По мнению Натальи Касперской, траты в совместных проектах университета и бизнеса должны делиться пополам. «Вузы изобретают теоретические изыскания, которые так же далеки от мира, как сферический конь в вакууме. Зачем бизнесу инвестировать в то, чтобы университеты свои компетенции поняли? Все должны играть свою роль. Бизнес должен делать разработки. Причем если решения не окупаются, то они должны быть поддержаны государством. В первую очередь, речь идет о сложно коммерциализируемых продуктах, например, операционных системах или СУБД. В свою очередь, университеты должны вместе с бизнесом работать над этими платформенными решениями. Университеты должны экспериментировать. Если мы будем полностью финансировать разработку, тогда зачем нам университет?», — задается вопросом она.

Прежде чем идти дальше, Наталья Касперская призвала собравшихся определиться с целями инновационной политики. «Если спросить об этом зал, который слушает нашу дискуссию о цифровой технологической политике на форуме „Глобальное технологическое лидерство“ в Сочи, то мы получим 30–40 разных ответов — именно из-за неопределенности ее целей. А цели это, в частности, создание платформенных решений — с точки зрения технологий это, как раз, может быть очень хорошей целью. Создание собственных институтов, которые бы на эти, четко определенные цели, работали. Это тоже может быть целью. Каким способом ее достигать — другой вопрос. Но цель надо поставить. И создать план. Исходя из плана, мы уже будем ставить задачи — для тех же университетов, институтов развития и других организаций, участвующих в выработке и корректировке инновационной политики страны», — заключила она.